• Список вузов, которые внедрили

    «КАЗАХСТАНСКУЮ СТУДЕНЧЕСКУЮ

    ИДЕНТИФИКАЦИОННУЮ КАРТУ»

  • Список вузов, которые внедрили

    «КАЗАХСТАНСКУЮ УНИВЕРСАЛЬНУЮ

    КАРТУ СОТРУДНИКА УЧЕБНОГО ЗАВЕДЕНИЯ»

  • Визит делегации руководителей ВУЗов в КНР 23-28 мая 2014

  • Заседание правления 24.01.2014

  • Визит делегации ректоров вузов Казахстана в Германию 1-5 декабря 2013 года

  • Южно-Казахстанский университет
    имени Ауэзова

Рахман Алшанов: «Концепция знаний поменялась»

5 мая 2014

Президент Ассоциации вузов Казахстана, педагог с 40-летним стажем Рахман Алшанов поделился со "Свободой Слова" своим видением современных проблем в обучении казахстанских школьников и студентов, а также высказал мнение о недавних инициативах Министерства образования и науки РК.

– Рахман Алшанович, на недавнем заседании комитета по социально-культурному развитию мажилиса педагоги и ученые раскритиковали новую программу 12-летки в Казахстане. В числе ее недостатков – завышенные требования, особенно к младшеклассникам и перегрузка дисциплинами. Как оцениваете эту программу вы?

– Раз мы приняли Болонскую декларацию и хотим, чтобы наши выпускники за рубежом поступали сразу на первый курс, а не на подготовительный, необходимо внедрять программу 12-летки. Сейчас за пределами нашей страны обучается свыше 70 тысяч казахстанцев. Да, есть вопрос, как быть с малокомплектными школами в регионах, где не хватает педагогов. Во многих школах двух- и трехсменка, а тут добавляют еще один класс. Понятно, что не все школы готовы. Но нужно встречаться с педагогами, обсуждать. Вопрос по поводу нагрузок должно регулировать министерство образования и науки. Пока можно реализовывать программу в колледжах, лицеях, гимназиях. Но важно, чтобы не было формального перехода. Должны быть реальные изменения в обучении.

– Согласны ли вы с тем, что образование должно нести прежде всего воспитательный характер по примеру Японии, Южной Кореи, Финляндии и других развитых стран?

– В условиях информатизации мы должны понимать, какие именно знания давать нашим школьникам. К примеру, уже около 40 лет на всех педагогических совещаниях я слышу, как педагоги просят добавить часы по предметам, хотят насытить школьную программу. Но не всегда детское сознание, ум могут переварить все это. Больше надо задумываться над тем, чтобы научить ребенка учиться, чтобы он сам выбирал предметы по своим интересам. При этом нельзя делить вопросы образования и воспитания. Воспитание можно проводить и во время урока, все зависит от педагогического мастерства коллектива.

– По уровню критического мышления, способности применять знания в жизни, как показали результаты международного исследования PISA, наши школьники занимают последние места. В проведенном исследовании принимали участие дети из 65 стран. Казахстанские ребята заняли 49-е место по математике, 52-е – по естествознанию и 60-е – по чтению. Как вы оцениваете эти результаты?

– Наши школьники по многим предметам занимают первые места на международных олимпиадах, но с точки зрения применения этих знаний есть упущение. Так сложилось с советских времен: учреждения образования максимально накачивали знаниями, а применением их в реальной жизни – распределением специалистов на места – занималось государство. На Западе будущие выпускники самостоятельно должны были думать, куда смогут пойти работать.
Сейчас у нас другая жизненная философия, поменялась концепция знаний. В условиях развитого сервиса, когда многие функции уходят в аутсорсинг, нужно разворачивать школу к вопросу применения знаний на практике. Например, на уроках труда обычно учат шить или водить автомобиль, но у нас же море специальностей. Почему бы не обучать также флористике, дизайну и многим другим профессиям?

– В сфере образования силен региональный дисбаланс. Например, недавно было озвучено, что школьники на юге Казахстана показывают низкий уровень подготовленности. На ваш взгляд, каковы могут быть причины?

– Я сам с юга, учился в Жамбылской области, в Мойынкумском районе. И у нас была сильная школа. Например, нам преподавал сосланный в Казахстан Александр Солженицын. Но на юге школьников часто отправляют на сельхозработы, обычно на два-три месяца. Это отражается на качестве учебы. Свой вклад также вносят дефицит преподавателей и их постоянная сменяемость. Из-за низкой зарплаты один педагог может вести сразу несколько дисциплин, что сказывается на уровне подготовки учеников. Да, сейчас прилагаются усилия, чтобы решить этот вопрос, но когда уже будет результат?

– В 2014 году выделено 1,5 триллиона тенге на развитие сферы образования и науки. В то же время сохраняется дефицит школьных мест, все еще имеются аварийные школы, применяется трехсменное обучение. В этой связи, что вы можете сказать о рациональном использовании средств при строительстве социальных объектов?

– Один из важных вопросов – планирование. Когда строятся многоэтажки, нагрузка ложится на местную школу, хотя нужно строить новую школу рядом. Местным властям важно предусматривать вопросы социального сопровождения при строительстве новых предприятий, нового микрорайона, других крупных проектов. Еще одна проблема – коррупция, головотяпство. Контроль за строительством социальных объектов должны вести прежде всего местные власти и маслихаты. Например, я, как депутат маслихата, всегда спрашиваю, сколько проект стоит и почему – докажите! Нам часто говорят: "Все уже подсчитано, давайте утвердим". В прошлый раз попросили 100 миллионов тенге на демонтаж газгольдеров в микрорайонах. Я тут же пересчитал, оказалось, что требуется намного меньше. В итоге проект сняли, аким наказал виновных. Вот такие неудобные вопросы нужно задавать на местах.

– В Минобразования считают, что нужно законодательно закрепить участие бизнеса в подготовке инженерно-технических специалистов. Как вы относитесь к инициативе ввести обязательные отчисления в размере 1,5% из фонда оплаты труда крупных предприятий для подготовки кадров?

– Предприятия вряд ли согласятся. Бизнес говорит: "Мы же платим налоги, выделяем гранты". Чтобы вовлечь их в подготовку кадров, нужно встречаться с представителями профильных ассоциаций, обсуждать этот вопрос. Мы изучали опыт Америки, там 5000 университетов и 4500 учебных центров при компаниях. У крупных предприятий есть свои промышленные тайны, которым они обучают в своих учебных центрах. В Казахстане, к сожалению, пока нет дуального обучения. Частные предприятия не хотят принимать студентов на обучение, однако жалуются, что нет кадров на рынке труда. Но если вы никого не пускаете к себе на предприятие, как мы узнаем ваши потребности? Возьмите к себе 20 человек и обучайте на своем производстве.

– К слову, МОН предлагает передать колледжи в доверительное управление предприятиям.

– Необязательно передавать учреждения образования в управление компаниям. Подобный опыт был в Алматы: кондитерская фабрика "Рахат" имела такой колледж, а потом решила выделять гранты на подготовку кадров. Ведь спрос на узких специалистов непостоянен, а в группе должно быть не менее 25-50 человек. Поэтому передавать профтехучилища в управление можно только крупным компаниям, к примеру горнодобывающим, где работает до 70 тысяч человек.

– Недавно были озвучены данные, что в трех южных областях Казахстана в профессиональных колледжах существует дефицит в 7000 мест, тогда как в северных областях, наоборот, не хватает абитуриентов – пустует порядка 4000 мест. Как, по вашему мнению, можно ликвидировать этот дисбаланс?

– Можно направлять студентов с юга на обучение на север, если есть места в общежитии. Тем более практика будет проходить на местных предприятиях. Таким студентам можно было бы выделять деньги на проживание. Система грантов и распределения должна применяться по желанию. Хочешь – пожалуйста, не хочешь – жди места в своем регионе.

– Нельзя не затронуть негативную тенденцию последних лет – вовлечение молодых казахстанцев в различные секты. Что в этой связи могут предпринять педагоги страны?

– К сожалению, такое имеет место, и это серьезное упущение. С сектантством нужно активно бороться. И максимально изучать мировой опыт: кто финансирует ту или иную секту? Это могут быть и разведывательные центры отдельных стран, и крупные сети наркоторговцев. Нужно также вести разъяснительную, воспитательную работу в вузах, школах. В целом необходима государственная политика в этом вопросе, мощная идеологическая служба с аппаратом, в котором должны работать профессионалы высокого класса. Одними запретами тут проблему не решишь. Сейчас многие общества сталкиваются с религиозным экстремизмом. И многие страны ведут огромную работу по противодействию данному явлению: снимают фильмы, задействуют телевидение, выпускают книги, ведут пропаганду национальных интересов и национальной культуры. В проблеме сектантства есть и социальная составляющая: отмахнулись, бросили, не подали руку помощи вовремя. Нужно решать проблемы социально уязвимых слоев населения, надо развивать регионы. Радикализация – это концентрация всех наших недоработок. Необходимо изначально не допускать зарождения таких ростков.

 

www.nomad.su

Вернуться на уровень выше просмотров: 424